April 2nd, 2009

Вот Такие Мы Лихие Мужеложству Вопреки!

"В ОХОТКУ. Серия ножей загородного применения". Блин... Я плачу, сеньор Перейра!

Сегодня ко мне завернул на огонёк бывший ученик, год тому назад успешно выпустившийся из Рязанской дважды Краснознамённой ВДВэшки. Далее в результате акции под девизом "я не мог не подарить вам эту хрень!" мне презентовали... Ну, да. Всё верно. Эту хрень. ;D


Я так понимаю, что перед нами гонконговские фантазии на тему легендарного Fairbairn & Sykes №2?


Ученик сообщил, что вышепомянутый гонконговский "стилет" продавался с ярлыком "сувенирная копия". Прилагающийся к "сувениру" информационный листок к протоколу сертификационных криминалистических испытаний подтверждал, что данное изделие по мнению нашего МВД не является холодным оружием. Нам с учеником этот вывод показался несколько натянутым... на сову. Особливо после того, как "сувенир" сначала без проблем пропорол приличных размеров кусок размороженного мяса, а потом брошенный ловкой грабкой дарителя с пяти метров пробил полуторосантиметровую доску. При этом не погнулся и не сломался.

Что там на коробочке-то написано? "Разрешено к свободному ношению на всей территории Российской Федерации". Ню-ню...

P.S. Жаль, конечно, что ножны не аутентичные, но и имеющиеся не плохи. Подвешенный на поясной ремень, "сувенир" плотно прилегает к бедру. Не болтается и не съезжает. Заменить "липучечный" фиксатор на что-ндь более вменяемое, и всё. Можно жить. :)
  • Current Music
    Когда мы были на войне / Пелагея
  • Tags
Zloy pirat

«Мы с Тамарой ходим парой, мы с Тамарой понятые…» (с)

Сегодня опоздал на работу. На целый час. Правда, опоздал по весьма уважительной причине – меня загребла «уголовка». Прямо с самого утра. Только я вышел из подъезда, только закурил, только пошкандыбал к автобусной остановке, как – хоп, здрасьте пожалуйста: «Уголовный розыск, пройдёмте!..»

Ну, я и прошёл. В микроавтобус, где сидел абсолютно лысый дядька в китайском заношенном пуховике, из дыр которого пучками лезли перья и вата. Дядька что-то неистово писал. Напротив дядьки имела место быть тётка лет пятидесяти с хозяйственной сумкой. Из сумки вызывающе торчал веник. Широко и раздольно (как русский крик «йоп-твайу-мать!») разбросав ноги по обе стороны веника, тут же сидел оперативник, пересчитывающий большие конверты.

А в пяти метрах от микроавтобуса, задумчиво глядя одним глазом в хмурое московское небо, лежал труп.
Collapse )