u_96 (u_96) wrote,
u_96
u_96

Category:

1969 г. "Страсть-6". Часть 1.

Долго думал, что поставить эпиграфом к этому посту. Почему-то чаще всего в голову приходила строчка " Любой подвиг - это последствия проявленной кем-то ранее глупости..."
---
Глава 2 из книги Александра Брасса "Миссия выполнима".


" Перед высадкой были такие, кто думали, что операции такого рода возможны, только в кино. По окончании операции мы чувствовали, что достигли предела. Это одноразовая операция, которую больше не удастся повторить никогда.
Капитан “Шаетет-13” Дов Бар

8 марта 1969 года президент Египта Джамаль Абдель Насер, выступая по каирскому телевидению, заявил о том, что Египет в одностороннем порядке выходит из соглашения о прекращении огня. Осознав, что никакое международное давление не заставит Израиль уйти с Синайского полуострова, египетское руководство вновь решило прибегнуть к военным действиям. Поскольку сил, чтобы вытеснить израильтян из Синая, у Насера не было, он превратил войну на истощение в главную политическую доктрину.
Сразу же после заявления президента Насера египетская артиллерия подвергла массированному обстрелу позиции Армии обороны Израиля вдоль всего Суэцкого канала. В качестве ответной меры израильская авиация уже в первый день конфликта сделала несколько десятков боевых вылетов, нанеся ракетно-бомбовые удары по стратегическим объектам, расположенным по египетскую сторону канала. 9 марта 1969 года прямым попаданием артиллерийского снаряда был убит личный друг Насера, начальник Генерального штаба египетской армии Абдул Мунаим Риад. Президент Насер поклялся отомстить за смерть Риада. Последующие две недели египетская артиллерия ни на час не прекращала обстрел позиций израильской армии на всем участке египетско-израильской границы. ВВС Израиля в свою очередь нанесли удар по нефтехранилищам, расположенным по египетскую сторону Суэцкого канала, а также по городам Исмаилия и Суэц. Вместе с тем господство Израиля в воздухе стало не столь очевидным после того, как Советский Союз поставил в Египет ракеты класса “земля – воздух” и взял на себя обязательство обороны воздушного пространства вдоль Суэцкого канала и Каира. Чтобы убедить президента Насера в том, что эскалация военных действий более опасна для Египта, чем для Израиля, следовало расширить ответные операции возмездия проведением точечных диверсионных вылазок в глубь территории Египта. Неоднократно спецподразделения израильской армии устраивали засады в районе Суэцкого залива, разрушали мосты, совершали нападения на египетские военные лагеря, расположенные в верхней долине Нила.
29 июня 1969 года в районе Наджи-Хамади высадился отряд спецназа 35-й бригады ВДВ Израиля. В считанные минуты десантники уничтожили трансформаторную подстанцию и заложили мощные взрывные устройства под сорокаметровыми столбами высоковольтной линии передачи, лишив столицу Египта электроэнергии.
Спустя несколько дней это же подразделение израильского спецназа совершило еще одну успешную вылазку на территорию Египта. В ночь с 2 на 3 июля несколько десантных вертолетов приземлились на побережье Суэцкого залива, в 120 км от города Суэц. На этот раз их целью были три пограничных опорных пункта египтян, в каждом из которых, по информации “Амана” (ивр. אמ"ן‎, управление военной разведки - u_96), находилось не более 15 пограничников. Минометный обстрел застал врасплох египетских солдат, которые в панике побросали оружие и, воспользовавшись темным временем суток, нашли убежище в пустыне. Только в одном опорном пункте египтяне попытались оказать сопротивление, которое сразу же было сломлено. Прежде чем египтяне успели оправиться от шока, десантное спецподразделение улетело обратно домой на вертолетах, оставив 13 трупов египетских солдат, захватив с собой одного пленного, брошенное оружие и секретные документы.
На этот раз операция израильского спецназа стала настоящей пощечиной, нанесенной Насеру на глазах египетского общества. Последующие сутки по всей линии Суэцкого канала египетская артиллерия ни на минуту не прекращала обстрел израильских позиций, который, однако, не мог нанести ощутимый урон и более всего походил на бессильный шаг отчаяния. Боевой дух египетской армии был окончательно сломлен. Именно по этой причине президент Джамаль Абдель Насер приказал в чрезвычайно сжатые сроки подготовить и провести спецоперацию на территории Израиля, которая должна была превратиться в показательную политическую акцию, призванную вернуть египетской армии веру в себя и в проводимую Насером политику войны на истощение сионистского врага.
В пятницу, 9 июля 1969 года, средь бела дня египетская артиллерия открыла шквальный огонь по позициям израильской армии по всей линии Суэцкого канала. Снаряды ложились настолько плотно, что найти спасение от них можно было только в глубоких железобетонных бункерах. Все, что находилось на поверхности, буквально перепахивалось осколками. В 19.30 рота египетских коммандос, численностью в 100 человек, воспользовавшись артиллерийским прикрытием, вышла из Порт-Тауфика и на резиновых лодках переправилась на израильскую сторону. Это была первая за все время войны на истощение попытка египтян прорваться на израильские позиции в светлое время суток.
Высадившись на израильском берегу, египетские коммандос разделились на несколько групп и атаковали танковый парк, находившийся за пределами опорного пункта. В первые же минут боя египтяне уничтожили два израильских танка вместе с их экипажами. Один из танкистов смог все же выбраться из горящей машины, но тут же был взят в плен.
Поскольку египетская артиллерия лишь на короткое время предоставила своим коммандос узкий коридор, чтобы они могли провести высадку, израильские солдаты, находившиеся в бункерах, не сразу поняли, что танковый парк подвергся нападению. Только после того как египетские коммандос попытались прорваться на территорию опорного пункта, израильтяне ответили огнем и перешли в контратаку, заставив противника отойти на другую сторону Суэцкого канала.
В результате дерзкой вылазки египетских коммандос были уничтожены два танка, восемь израильских солдат погибли и девять получили ранения различной степени тяжести. Один из танкистов попал в плен. Его труп вскоре был возвращен израильской стороне. Вместе с тем по каирскому телевидению были озвучены намного завышенные данные, явно преувеличивающие последствия операции египтян. Согласно официальному сообщению, отряд коммандос овладел израильским опорным пунктом, удерживал его в течение часа, уничтожил пять танков и 40 израильских солдат.
Прежде чем отступить в Порт-Тауфик, коммандос установили в районе своей высадки два египетских флага. Поскольку берег простреливался со всех сторон, египетские флаги оставались неприкосновенными, продолжая развиваться у всех на виду в течение двух дней. Два дня египетское телевидение не прекращало транслировать эти кадры на весь мир, что явилось прекрасным пропагандистским продуктом, рассчитанным в первую очередь на внутренний египетский политический рынок. Несмотря на то что потери израильской стороны были относительно незначительными, они никоим образом не могли изменить стратегическую ситуацию в районе Суэцкого канала – политическая победа Насера была неоспорима. Это понимали и в Иерусалиме.

Налеты израильской авиации на египетские стратегические объекты, а также диверсионные рейды в глубоком тылу врага не приносили должного результата. Прямым доказательством тому стала успешная операция египетских коммандос 9 июля 1969 года, нанесшая серьезный морально-психологический ущерб израильскому обществу. Крайне сложная и непростая внутриполитическая ситуация в стране и мире не позволяла мобилизовать армию для широкомасштабных военных действий. Именно по этой причине министр обороны Моше Даян приказал начальнику Генштаба генерал-лейтенанту Хаиму Бар-Леву немедленно подготовить дерзкую точечную спецоперацию, которая потрясла бы моральный дух египетских вооруженных сил.


В качестве объекта нападения был предложен египетский остров-крепость Грин, расположенный в северной части залива Суэц. Этот небольшой – длиной 145 м и шириной 65 м – скалистый остров, был весь залит бетоном и, словно подушечка для иголок, утыкан зенитными гнездами и пулеметными точками. Построенная на коралловых рифах британцами в начале ХХ века крепость практически полностью контролировала южные ворота Суэцкого канала. В крепости находились радарная установка и зенитная батарея, а также военный гарнизон численностью 75 солдат и офицеров. Еще в начале войны на истощение Генеральный штаб Армии обороны Израиля планировал провести ночную высадку на острове Грин силами “Шаетет-13” (морские коммандос ВМС Израиля - u_96), “Сайерет Маткаль” (диверсионно-разведывательное спецподразделение Генерального штаба ЦАХАЛа - u_96) и спецназа 35-й бригады ВДВ, но при детальном ознакомлении с местностью от этого замысла пришлось отказаться. Достичь острова можно было только морским путем на десантных резиновых лодках. Выйдя в Суэцкий залив, десантники оказывались совершенно не защищенными перед огнем береговой артиллерии, контролировавшей все подступы к острову-крепости. Высадить десант с воздуха также не представлялось возможным. Десантные самолеты были бы уничтожены зенитной батареей, не достигнув места высадки. К тому же площадь острова не превышала 1 км², и большая часть десанта оказалась бы в воде. Однако 11 июля 1969 года, спустя пару дней после успешной операции египетских коммандос, командир “Шайетет-13” подполковник Зеэв Альмог вновь предложил начальнику Генштаба Бар-Леву атаковать гарнизон острова-крепости Грин. Несмотря на всю безумность операции, подполковник Альмог считал, что его морские коммандос вполне могут справиться с этой задачей, если попытаются достичь острова под водой. Радарная установка гарнизона острова Грин доставляла массу неприятностей ВВС Израиля в районе Суэцкого залива, поэтому, ознакомившись с доводами командира “Шаетет-13”, генерал-лейтенант Хаим Бар-Лев дал разрешение на проведение операции в месте, где египтяне чувствовали себя наиболее уверенно.
По мнению израильского военного командования, уничтожение гарнизона острова-крепости Грин не только значительно облегчило бы жизнь израильских летчиков, но и нанесло бы серьезный удар по боевому духу египтян, доказав, что израильтяне способны провести диверсионную операцию против любого объекта, как бы он ни был укреплен. С другой стороны, это положительно сказалось бы на морально-психологическом состоянии самого израильского общества, испытавшего тяжелую травму из-за больших людских потерь в районе Суэцкого канала с начала войны на истощение.
Военная разведка “Аман” сообщала о том, что на острове установлены четыре 85-миллиметровых и два 37-миллиметровых зенитных орудия. Защищенные мощными бетонными дотами, они были способными выдержать любой авианалет. Подступы к острову простреливали 14 тяжелых пулеметов, укрытых за узкими бойницами по всему периметру крепостной стены, высота которой достигала 2,5 м. В северной части острова, на отдельной скале, соединенной с крепостью бетонным мостом, возвышалась 5-метровая башня, в которой были укрыты радар ПВО и две ракетные установки 130 мм, радиус действия которых позволял достигать любой воздушной цели на всей территории Суэцкого залива. С южной стороны острова была устроена небольшая искусственная гавань для приема легких катеров. Объект был обнесен тремя рядами колючей проволоки, а также острыми металлическими заграждениями, скрытыми под водой; они не позволяли боевым пловцам незаметно достичь коралловых рифов.
Изначально в борьбу за право совершить ночной налет на остров-крепость Грин вступили два элитных спецподразделения Израиля – “Сайерет Маткаль” и “Шайетет-13”. Командир “Сайерет Маткаль” подполковник Менахем Дигли считал, что функции “Шаетет-13” должны ограничиваться морской разведкой и сопровождением десанта к месту высадки. В свою очередь командир морских коммандос подполковник Зеэв Альмог был возмущен столь пренебрежительным отношением к своему подразделению и даже обратился с официальной жалобой к начальнику Генерального штаба. Отношения между двумя спецподразделениями в те годы были крайне напряженными, что еще более усугублялось личной взаимной антипатией командиров. Вместе с тем высадку было решено провести совместными силами “Шаетет-13” и “Сайерет Маткаль”, поскольку для захвата острова Грин требовалось не менее 40 высококвалифицированных бойцов. Ни одно из этих подразделений не могло собственными силами провести операцию, так как личный состав морских коммандос и спецназа Генштаба не превышал 30 человек после потерь в Шестидневной войне и бесконечных спецоперациях. Только общими усилиями они могли предоставить 40 опытных бойцов. Чтобы разрешить возникшую внутреннюю проблему и положить конец раздору, начальник Генерального штаба Бар-Лев возложил общее руководство операцией на бригадного генерала Рафаэля (Рафуля) Эйтана. Несмотря на протесты подполковника Менахема Дигли, командование высадкой было поручено командиру “Шаетет-13” подполковнику Зеэву Альмогу.
Еще в апреле 1969 года с разведывательной миссией к острову-крепости Грин было направлено специальное подводное средство, прозванное морскими коммандос “Хазир” и используемое для транспортировки боевых пловцов на большие расстояния. Они исследовали подводные течения в районе объекта, глубину и морское дно на подступах к коралловому острову. Ознакомившись с разведданными, включавшими также систему охраны, подполковник Зеэв Альмог пришел к выводу, что к острову незаметно можно приблизиться только под водой. Однако во время подводных учений возникли неожиданные осложнения. Для того чтобы внезапно и успешно атаковать остров-крепость, следовало одновременно доставить к объекту нападения большой отряд подводников. А это значило, что около десятка подводных катеров должны были практически на ощупь ночью, в непроглядной водной мгле выдерживать строй, чтобы одновременно выйти на объект. Ранее боевым пловцам приходилось нырять только с личным оружием и относительно небольшим количеством взрывчатки. Сейчас же необходимо было тащить на себе не только легкое стрелковое оружие, но и штурмовые лестницы, гранатометы, пулеметы, средства связи и огромное количество боеприпасов. Тогда, в апреле, эта проблема так и не была решена, поскольку идея высадки на острове Грин на каком то этапе подготовки операции была признана слишком “уязвимой” и более не рассматривалась Генштабом в качестве ответной спецоперации.
Однако после дерзкой вылазки египетских коммандос подполковник Зеэв Альмог 11 июля 1969 года вновь выдвинул план нападения на остров Грин, который и лег в основу будущей операции, получившей название “Страсть-6”. Поскольку большими силами десанта, половина которого к тому же не имела подводной подготовки, было невозможно незаметно приблизиться к острову, следовало провести атаку в две волны. На первом этапе к острову должны были подойти три подводных средства “Хазир” с боевыми пловцами на борту, перед которыми стояла задача захватить одну из частей крепостной стены, чтобы позволить основным силам десанта произвести надводную высадку с резиновых лодок. Параллельно с первой волной к острову должен был подойти еще один “Хазир” с отделением морских коммандос “Шаетет-13” на борту. Они должны были высадиться на небольшом (4х4 м) бетонном кубе, возвышающемся на 2,5 м над водой, в непосредственной близости от южной крепостной стены, чтобы в случае необходимости пулеметным и гранатометным огнем обеспечить прикрытие первой волне десанта. Планировалось, что на втором этапе операции 20 бойцов “Сайерет Маткаль” на резиновых лодках в сопровождении морских коммандос подойдут к острову с северной стороны, используя крепость как естественное прикрытие от египетской береговой артиллерии, проведут зачистку острова Грин, уничтожат ракетные пусковые установки, радар и зенитные точки, а перед отходом основных сил десанта установят под мостом и у южной крепостной стены два катера, начиненных большим количеством взрывчатки.
Невзирая на чрезвычайно сжатые сроки, недалеко от базы “Шаетет-13” была выстроена точная копия (макет) крепости Грин в полную ее величину. За время, отведенное Генштабом на подготовку операции, предстояло разрешить две основные проблемы, возникшие еще в апреле.
Подводным катерам никак не удавалось синхронно подойти к острову. Более того, из-за отсутствия видимости морские коммандос рисковали разбиться о прибрежные коралловые рифы, которые практически невозможно было различить в темной воде на большой глубине. После нескольких неудачных попыток было решено окончательно отказаться от подводных катеров и достигнуть острова вплавь, поддерживая связь между бойцами, оригинально простым способом – через обычный длинный канат. Этот вариант нельзя было назвать оптимальным, так как на него затрачивалось существенно больше времени, к тому же боевые пловцы были вынуждены тащить на себе несколько десятков килограммов оружия, боеприпасов и спецсредств. Как всегда, не оставалось иного выбора, кроме как компенсировать недостаток отведенного на подготовку времени выносливостью морских коммандос.
Вторая проблема состояла в том, что бойцам “Шаетет-13” никогда прежде не приходилось вступать в бой на суше. Как правило, их использовали для ведения прибрежной разведки, сопровождения других элитных подразделений или осуществления морских диверсий. Нужно было изолировать оружие и боеприпасы от проникновения воды таким образом, чтобы в случае необходимости их можно было мгновенно извлечь из нейлоновых “футляров”.
Что касается спецназа Генштаба, то макет крепости оказался совершенно бесполезным для бойцов “Сайерет Маткаль”, на плечи которых ложилась основная тяжесть боя. Никто не имел ни малейшего представления о внутренней планировке помещений. По этой причине подполковник Менахем Дигли решил проводить учения отдельно от “Шаетет-13” в одном из железобетонных фортов, сохранившихся на территории Израиля со времен Британского мандата, а ныне используемых в качестве полицейских участков. Поскольку египетская крепость Грин возводилась в 20-х годах, были все основания полагать, что по внутренней планировке она принципиально не отличается от британского форта, построенного в те же годы в подмандатной Палестине. Британские военные строители не страдали избытком разнообразия, чем и решил сейчас воспользоваться командир “Сайерет Маткаль”, превратив в учебный полигон железобетонный форт, расположенный на севере страны, в районе иорданской границы.
Окончательные сроки проведения операции “Страсть-6” были определены 14 июля. Приказ звучал буквально так: “…Уничтожение сил противника на острове Грин и разрушение укрепрайона…” Высадку десанта было решено провести в ночь с 19 на 20 июля 1969 года, не позднее 1.30. На операцию отводилось не более часа. До 2.30 спецназовцы должны были зачистить всю территорию острова-крепости Грин, захватить пленных, уничтожить зенитные точки, ракетные установки, радар ПВО, а также причинить невосстановимые разрушения крепости и радарной башне.
Прежде чем дать разрешение на начало высадки десанта, начальник Генерального штаба генерал-лейтенант Бар-Лев внес существенные изменения в первоначальный план с учетом сложностей, возникших в процессе подготовки штурмовых групп. Вторая волна десанта должна была подойти к острову только после того, как морские коммандос подполковника Альмога возьмут под полный контроль всю северную часть крепости, включая радарную башню. Особое внимание он уделил неизбежным потерям среди личного состава штурмовых групп. Учитывая исключительную сложность операции, Хаим Бар-Лев отдал недвусмысленный приказ не ввязываться в затяжной ночной бой. Вся крепость должна быть взята одним ударом. Если египетский гарнизон острова-крепости Грин окажет отчаянное сопротивление, командующий операцией бригадный генерал Рафаэль Эйтан должен отдать приказ к немедленному отходу.
Оставшиеся до высадки пять дней были посвящены главным образом отработке деталей, а также сбору и пополнению разведывательной информации. Самолеты-шпионы ВВС Израиля не прекращали совершать полеты на огромной высоте над территорией Суэцкого залива, фиксируя любые, даже самые незначительные перемещения противника.
Так, во время наблюдения за гарнизоном острова Грин у северо-западной крепостной стены боевыми пловцами были замечены несколько египетских солдат, спустившихся к самой кромке воды. В течение четверти часа они выгружали какие-то ящики из подошедшей моторной лодки. Очевидно, в этом месте был разрыв колючей проволоки, позволяющий беспрепятственно приблизиться к крепостным стенам, не тратя драгоценного времени на рубку проволочных заграждений.
Во главе первой волны десанта стал начальник курса морских коммандос капитан Дов Бар. Он имел необходимый опыт проведения подобного рода вылазок, к тому же прекрасно ориентировался под водой в условиях минимальной видимости. По этой причине командир “Шаетет-13” подполковник Альмог настоял на том, чтобы именно капитану Дов Бару было доверено вести передовой штурмовой отряд.
Первая волна десанта состояла из четырех групп по пять человек, из которых трое бойцов старшего сержантского состава и двое офицеров. В общей сложности были задействованы 20 боевых пловцов, которым любой ценой предстояло захватить плацдарм для высадки “Сайерет Маткаль”, и резервная группа “Шаетет-13”. Девяносто процентов успеха операции зависели именно от того, смогут ли морские коммандос незаметно приблизиться к острову, закрепиться в северной его части и дождаться подхода основных сил.
Первая группа под командованием старшего лейтенанта Илана Эгози должна была отыскать брешь в рядах колючей проволоки, о которой сообщали разведчики, или незаметно перерезать ее у северной стены. Вторая группа, которой командовал сам капитан Дов Бар, с помощью специальных канатов с крюками должна была забраться на стену и закрепиться на крыше, чтобы прикрыть плацдарм высадки второй волны десанта. Поскольку радарная башня возвышалась над остальной частью крепости, она представляла для десанта особую опасность. Третьей группе под командованием старшего лейтенанта Гади Кароля было приказано в первые же минуты высадки сосредоточиться исключительно на башне и закидать ее ручными гранатами, прежде чем пулеметчики откроют огонь. На четвертую группу, которую вел капитан Амнон Софер, возлагалась самая трудная задача: проникнуть внутрь крепости и ликвидировать египетских солдат, находящихся в спальных помещениях северной части острова. Так как никто не знал внутреннего расположение гарнизона, группе капитана Софера приходилось действовать, опираясь только на собственные интуицию и опыт.
Морские коммандос понимали, что в случае раннего обнаружения противником их ожидала неминуемая смерть или, что еще ужаснее, египетский плен. Бригадный генерал Рафаэль Эйтан особенно подчеркнул, что если “Сайерет Маткаль” по какой-либо причине не сможет подойти к острову, то морские коммандос должны сражаться до конца: отходить было бессмысленно, так как в воде они представляли собой легкодоступную мишень для солдат египетского гарнизона. Несколько брошенных ручных гранат взрывной волной непременно разорвали бы легкие аквалангистов." (с)
Tags: arts of war
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments