u_96 (u_96) wrote,
u_96
u_96

Categories:
  • Mood:

Чёрный июль 42-го.

В продолжение поста "Севастополь в июле 42-го. Немцы, крымские татары-хиви и советские военопленные".

Из показаний краснофлотца Корниенко Павла Никитовича (2-й стрелковый батальон 79-й морской стрелковой бригады), попавшего после падения Севастополя в лагерь военопленных "Картофельное поле" (Симферополь), но позже сумевшего из плена бежать к партизанам:


"…Румыны пригнали нас в симферопольский лагерь вечером и передали немцам. Еды и воды нам не дали. Ночь провели, лёжа на голой земле. Утром охрана стала выдёргивать из общей массы по 5-6 человек и отводить их в палатку, где наших пленных наскоро допрашивали, а потом через другой выход отправляли в загон для «отфильтрованных».

Скоро настала моя очередь идти под конвоем в палатку. Подошли три немца, наставили винтовки. С ними было ещё четыре татарина, прислуживающих фашистам. Один из них длинной палкой ткнул в меня и моих соседей: «Ты, ты, ты, ты и ты, пошли».

Встал я, а ноги-то от голода и усталости подкосились. Татарин засмеялся и говорит немцам, что, мол, у русских от страха ноги дрожат. По-моему, немцы его не поняли. Тогда татарин ударил меня поднимающегося палкой по спине. Я снова упал. Тут уж и немцы засмеялись. Ну, думаю, дудки! Снова встаю, снова меня палкой, но на этот раз устоял – вовремя за руку товарища ухватился.

В палатке за столом сидел офицер, а за его спиной стояли двое солдат с оружием. Первым в нашей пятёрке шёл крепкий здоровый парень со светлыми волосами. Он, как офицера-то увидел, так к нему и бросился – упал перед столом на колени и давай лопотать по-немецки! Ну, у меня-то в школе по немецкому всегда «пятёрка» была, опять же – в разведроте кой-чего поднахватался. Так что с пятого на десятое, но понимаю. Говорит парень офицеру, что сам – немец. До войны жил в Крыму. В сороковом был насильно призван в армию. Что рад попасть, наконец, к соотечественникам. Что умоляет господина офицера спасти его от лагеря и отпустить домой. А он за это покажет среди наших пленных командиров и комиссаров.

Офицер выслушал и кивнул. Предатель указал на десятка два человек и их сразу увели. Больше мы их не видели, так что думаю – их расстреляли…// …Предателя пихнули к нам, к «отфильрованным». Тот визжал и на четвереньках рвался обратно в палатку. Тут из неё вышел офицер и сказал иуде, что никакой тот не немец. Потому что, мол, настоящие немцы на коленях ни перед кем не ползают. Так и остался предатель с нами. Как стемнело, он отполз к самой колючке – поближе к охране. Рассвело. Двое наших потащили от ручья бидон с водой, стали её выливать в корыто из которого нас поили, глядь, а за корытом вчерашний иуда лежит – ночью его кто-то незаметно задушил…" (с)
Tags: Севастополь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments