u_96 (u_96) wrote,
u_96
u_96

Category:
  • Mood:

Будни подводной войны - 10.

Первую часть поста см. тут.
Вторую часть поста см. тут.
Третью часть поста см. тут.
Четвёртую часть поста см. тут.
Пятую часть поста см. тут.
Шестую часть поста см. тут.
Седьмую часть поста см. тут.
Восьмую часть поста см. тут.
Девятую часть поста см. тут.

...Эта "щука" X-й серии была собрана на горьковском заводе №112 из деталей, изготовленных на Коломенском машиностроительном заводе им. Куйбышева. По документам лодка проходила, как госзаказ №84. 06.12.37 г. "восемьдесят четвёртый заказ" вошёл в состав Балтфлота под названием Щ-314. В 39-м "щуку" по Беломоро-Балтийскому каналу перевели на Север. 17 июня 1939 г. лодку переименовали в Щ-422, под каким названием она и попала в списки корабельного состава Северного флота. Числилась лодка в составе 3-го дивизиона бригады подводных лодок с районом сосредоточения в губе Оленья...


...Щ-422 под командованием капитан-лейтенанта Алексея Кирьяновича Малышева незадолго до начала войны закончила серьезный ремонт и потому ее экипаж имел некоторый перерыв в боевой подготовке. Видимо, это и стало причиной неудачи в первом походе (5 — 12.7.1941), когда из-за неисправности кормовых горизонтальных рулей субмарине пришлось вернуться в базу. Не удалось встретить противника и во втором походе (25.7 — 9.8.1941), хотя подлодка всего на несколько часов разошлась с немецкими эсминцами, потопившими перед входом в Кольский залив сторожевой корабль «Туман». Результаты принес третий боевой поход на коммуникации противника (30.8 — 23.9.1941). Атаки вражеских транспортов 3 и 5 сентября оказались безуспешными, зато утром 12 сентября торпеда, выпущенная с дистанции 5 кбт, отправила на дно норвежский пароход «Оттар Ярл» (1459 брт). Днем субмарина неудачно атаковала пытавшийся оказать помощь экипажу потопленного судна норвежский транспорт «Лофотен», а вечером, после длительного преследования, выпустила в бухте Берлевог с 8 кбт торпеду по каботажному пароходику «Танахорн». Как выяснилось через много лет, торпеда поразила цель, но не взорвалась и была обследована немецкими специалистами. К их удивлению, на деталях снаряда оказались не британские, а советские клейма!..

5 октября Щ-422 вышла к Нордкапу, но уже через пять дней была вынуждена вернуться в базу — ударом незакрепленной переборочной двери во время шторма командиру лодки сломало три пальца. Возможно, что уже тогда Малышев попал под подозрение политотдела бригады как человек, пытающийся уклониться от патрулирования на позиции. В противном случае, трудно объяснить то, что в следующем походе (9 — 31.1.1942) его, словно молодого неопытного командира, обеспечивал комдив капитан 2 ранга И.А. Колышкин. 18 января, находясь у Гамвика, субмарина в условиях плохой видимости с перископной глубины и дистанции 8 кбт дала двухторпедный залп по неопознанной цели, предположительно занесённой в вахтенный журнал, как "малый вооружённый транспорт". Сразу после залпа перископ был опущен и "щука" ушла на 30-метровую глубину. Через час, когда время хода торпед давно истекло, командир лодки опросил отсеки на предмет того, а не слышал ли кто взрыв?.. Выяснилось, что кое-кто слышал. Этим "кое-кто" оказался один единственный человек - кок. На основании чего Малышев занёс в вахтенный журнал следующее: "Одна торпеда попала в цель. Цель предположительно затонула". Комдив зачеркнул "предположительно" и расписался: "Подтверждаю. Колышкин".

23-го января 42-го у Нордкина "щука" набрела на крупный по местным меркам конвой - 3 транспорта в окружении 4 кораблей ПЛО. Поскольку на море стоял почти штиль, Малышев не рискнул слишком близко подходить к конвою. Трёхторпедный залп по головному транспорту "Эспана" (7465 брт) лодка дала из-под перископа и с 11 кбт. Одна из выпущенных торпед выскочила на поверхность, была замечена, после чего немецкие ПЛО-шники бросились в контратаку. На поспешно нырнувшую лодку было сброшено 19 глубинок, но Щ-422 благополучно оторвалась от преследования. Ни одна из советских торпед в цель не попала, но Малышев отметил в журнале, что один транспорт, мол, потоплен...

26 января "щуке" попалась новая цель, первоначально опознанная сигнальщиками, как крупный транспорт. Лодка погрузилась и осторожно пошла на сближение, одновременно готовя данные для торпедного залпа. Когда до расчётной точки стрельбы оставалось секунд 30 ходу, Малышев оторвался от перископа, дал отбой БЧ-3, обматерил сигнальщиков и приказал всплывать. Объяснялась вся эта командирская пантомима довольно просто. Целью "щуки" оказался вовсе не транспорт, а маленький десятиметровый норвежский мотобот "Морильд". Норвежцев с мотобота сняли, после чего потратили 10 минут и парочку 45-мм снарядов, чтобы таки угробить деревянную посудину...

Утром следующего дня сигнальщики "щуки" отличились снова, оповестив Малышева об обнаружении одинокого норвежского каботажного судна. Малышев, помятуя о том, как вчера "отважно" под водой выходил в торпедную атаку на десятиметровый мотобот, на этот раз решил не унижать себя погружением. В надводном положении "щука" сблизилась с каботажником на 10 кб, после чего последовала команда "1-й, 2-й, 4-й торпедные аппараты... Пли!" Торпеды вышли только из первых двух. В третьем из-за закрытой крышки аппарата "раздался какой-то чих, чем всё и кончилось". Выпущенные торпеды промазали. ...А "щука" едва унесла винты от "каботажника", который на деле оказался немецкой поисково-ударной группой в составе СКР V6111 + пары ПЛО-шников UJ1706 и UJ1707. Впрочем, 12 немецких глубинок тоже ушли в "молоко", подарив таким образом Малышеву возможность объявить экипажу, что "лично слышал одно попадание в немецкий транспорт".

В ночь на 28 января находившаяся в районе зарядки подлодка внезапно обнаружила на дистанции 20 кбт идущий ей навстречу полным ходом вражеский эсминец. С 10 кбт эсминец открыл беглый огонь из носовых орудий по уже погружающейся субмарине. А потом, пройдя над ней, сбросил 9 глубинных бомб, которые вывели из строя гирокомпас и балласт­ную цистерну № 4. В последней образовалась большая пробоина. Пришлось прервать поход и взять курс на восток. По возвращении в базу командир получил орден Ленина, а комдив — Звезду Героя Советского Союза. Что любопытно, современные отечественные историки утверждают, что атаковал "щуку" Z-24, который в составе флотилии однотипных ему кораблей совершал переход из Киркенеса в Тромсе. А иностранные авторы вообще отрицают сам факт встречи Z-24 с Щ-422...

Два последующих похода лодки (9 — 29.3.1942 и 23.4 — 1.5.1942) стали прелюдией к трагической развязке. Случилось так, что в обоих случаях лодка возвращалась с позиций досрочно, хотя вины командира в этом не было: в первом случае Малышева отозвало само командование, опасаясь, что в районе его позиции смогут оказаться транспорты из распавшегося каравана PQ-13, в другой раз — вышло из строя электрическое управление горизонтальными рулями. Ни одной атаки лодка не совершила, хотя попытки предпринимались — в одном из столкновений немецкий тральщик даже погнул на «щуке» антенную стойку. В это время политотдел как раз вел борьбу за повышение результативности походов (даже по докладам число удачных торпедных атак в первые три месяца 1942 года, по сравнению с концом 1941-го, резко сократилось), и Малышев, по всей вероятности, показался политотдельцам подходящей фигурой для показательной экзекуции. Первым делом за «грубость и потерю тесной связи с массами» был снят с должности друг Малышева, военком лодки старший политрук Е.А. Дубик. Новый военком — инструктор политотдела БПЛ А.Е.Табенкин — не скрывал того, что прислан для пристального наблюдения за командиром. Именно в этом межличностном конфликте (вряд ли Малышев с предубеждением относился ко всем политработникам поголовно — до поступления в ВВМУ им.Фрунзе он сам был комиссаром эсминца «Сталин»), возможно и крылись корни событий, развернувшихся на борту Щ-422 в ее восьмом походе (21.5 — 8.6.1942).

После того, как лодка была передвинута командованием с позиции по прикрытию союзного конвоя к мысу Нордкин, Малышев отказался от выходов в атаки на немецкие подлодку (31.5) и конвой (2.6). После каждого срочного погружения командир, не скрывая издевки над «лопухом-политотдельцем», водил комиссара в 6-й отсек, где показывал ему протекающую заклепку и предлагал вернуться в базу. Днем 4 июня находившаяся в районе зарядки «щука» получила информацию о выходе из Киркенеса вражеского конвоя, но при движении в точку перехвата на ней внезапно вышел из строя гирокомпас. Через два часа прибор начал давать правильные показания, но вскоре отказала его следящая система — оказался оборван провод питания. Выяснив, что в обоих случаях никто, кроме Малышева, к гирокомпасу не подходил, Табенкин приказал дать радиограмму: «Командир занимается преступной деятельностью, пребывание на позиции считаю бесполезным». «Щуку» отозвали в базу и на следующий день корабль получил нового командира — «любимца бригады» капитан-лейтенанта Фёдора Алексеевича Видяева ( Дальнейшая судьба А.К. Малышева содержит немало белых пятен. Уже на первых допросах он, якобы, признался, что пропустил немецкий конвой 2 июня преднамеренно. Официально считается, что остававшийся в распоряжении штаба СФ Малышев погиб в результате воздушного налета 4 сентября 1942 года, однако абсолютно точно известно, что ни в этот, ни в предыдущие или последующие 2—3 дня налетов ни на Полярное, ни на Мурманск немецкая авиация не производила ).
Первый выход «щуки» с новым командиром (6 — 26.7.1942) не принес побед, даже несмотря на присутствие на борту знаменитого Колышкина.


В следующем походе (21 —25.8.1942) Видяев 24 августа встретил в Варангер-фьорде конвой в составе трёх небольших транспортов, эскортируемых 7 кораблями охранения. Лодка подкралась под водой на 5 кбт и дала четырёхторпедный залп по транспорту "Ирмтрауд Кордс" (2843 брт). Несмотря на идеальные условия стрельбы, Видяев промахнулся, что не помешало ему впоследствии сообщить командованию: "В поражении транспорта совершенно уверен!" В отместку немцы два часа подряд гоняли лодку, сбросив на неё без малого 179 глубинных бомб, что бесследно для Щ-422 не прошло. Повреждения правой линии вала и электрического управления рулями заставили лодку вернуться в Полярное. Ее быстро отремонтировали, и уже 7 сентября Щ-422 вышла на позицию прикрытия каравана PQ-18.

13 сентября 42-го во всё том же Варангер-фьорде Видяев высадил из-под воды с 3 (!) кбт две торпеды по немецким СКР V6108 и V6110. Торпеды прошли под килем первого из них, но немцы умудрились вообще их не заметить. Видяев донёс в базу, что потопил СКР...

15 сентября в Порсангер-фьорде «щука» обнаружила немецкий корабль ПЛО UJ1103 и атаковала его опять с дистанции всего 3 кбт. И снова промах. Щ-422 развернулась и ушла мористее, так и не узнав, что ПЛО UJ1103 следовал не один, а в охранении весьма заманчивой цели - плавбазы гидроавиации "Карл Мейер"... 25-го лодка вернулась в базу. До 16 января 1943 года субмарина простояла в текущем ремонте, затем еще почти месяц потратила на отработку учебных задач.

Февральский (15.2 — 1.3.1943) и апрельский (4 — 21.4.1943) походы опять оказались безрезультатными: лодка произвела в Тана-фьорде и Бом-фьорде три торпедные атаки (20, 27.2 и 19.4), но каждый раз промахивалась. Любопытно, что сами подводники были совсем иного мнения о результатах собственных атак, доложив командованию о потоплении 2 транспортов и 1 СКР.

Во время 14-го похода (24.5 — 1.6.1943) утром 31 мая Видяев атаковал с небольшой дистанции вражеский конвой в районе Сюльте-фьорда, но из четырёх выпущенных, одна торпеда ушла в "молоко", одна выскочила на поверхность, а прочие "угри" рванули о прибрежные скалы. После чего за лодку взялись корабль ПЛО Uj-1206 и тральщик М-343. Они прочно сели субмарине «на хвост» и в течение трех часов сбросили на нее 356 глубинных бомб, что, по-видимому, стало наиболее ожесточенной противолодочной атакой, какой когда-либо подвергалась советская подводная лодка. В конце концов, Щ-422, несмотря на многочисленные мелкие повреждения, удалось оторваться от преследователей и уйти под защиту батарей Рыбачьего. После чего лодка сообщила, что в Сюлте-фьорде ею... потоплен крупный транспорт.

После срочного ремонта 30 июня «щука» вышла в новый поход, вернуться из которого ей было, увы, уже не суждено. По немецким данным, вечером 4 июля в районе мыса Блудшютудде неизвестная подводная лодка атаковала конвой. Спустя несколько часов в этот район прибыла немецкая ПУГ, состоявшая из трёх кораблей ПЛО 12-й флотилии. 5 июля в 5.34 Uj-1217 заметил торпедный след и показавшуюся из воды рубку субмарины. Немцы немедленно контратаковали и в течение часа сбросили на «щуку» 73 глубинные бомбы. Внезапно в 6.35 подлодка показалась на поверхности, и оказавшийся поблизости Uj-1217 без промедления нанес таранный удар. После того, как корпуса кораблей разошлись, немцы наблюдали кажущийся невероятным переворот субмарины кверху килем и ее погружение. По поверхности моря разлилось огромное масляное пятно. По всей вероятности, в самый ответственный момент у порядком изношенной «щуки» заклинило горизонтальные рули или отказал их электрический привод.

25 июля лодке было присвоено звание "Гвардейская". Командование ещё не подозревало, что награждает экипаж Щ-422 посмертно...

Итог: 15 боевых походов, 18 торпедных атак, потоплен 1 транспорт («Оттар Ярл» 1459 брт) и мотобот, 1 транспорт ("Танахорн") повреждён. Официально же к моменту гибели на счету лодки числились 8 потопленных транспортов и 2 утопленных СКР.

Напоследок - фото Щ-422, вернувшейся из очередного боевого похода.


У носовой "сорокопятки" - Ф.А. Видяев. В верхнем левом углу - наглядная демонстрация проблем иностранных переводчиков с русской буквой "Щ". ;D
Tags: будни подводной войны
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 41 comments