u_96 (u_96) wrote,
u_96
u_96

Category:
  • Mood:

Quo vadis, российский флот? Часть 1.



"Quo vadis, российский флот?*

Михаил БАРАБАНОВ,
независимый эксперт

ВМФ России встречает XXI столетие, переживая один из наиболее тяжелых кризисов за всю историю своего существования. Интенсивность деструктивных процессов, переживаемых российским флотом, такова, что возникают опасения не только относительно статуса нашей страны как морской державы, но и по поводу возможности сохранения Российской Федерацией в обозримом будущем какой-либо морской силы вообще.

На момент начала "перестройки" в СССР советский ВМФ являлся первым флотом в мире по численности и суммарному водоизмещению кораблей и судов и по численности личного состава, хотя, насколько можно судить, по суммарному боевому потенциалу и уступал ВМС США. Начиная с 1989 года сперва процесс односторонних сокращений состава, а после 1991 года - и обвального многократного сокращения финансирования привел к радикальному подрыву боеготовности сил ВМФ и резкому сокращению их численности. Эти негативные тенденции были усугублены распадом СССР, вследствие чего одни группировки флота подверглись разделу, а другие - лишились баз, большая часть кораблей и судов для ВМФ, находившихся в постройке к моменту распада СССР, остались недостроенными, а закладка новых единиц практически прекратилась.

Результатом стало не только значительное сокращение численности флота, но и стремительное устаревание его состава. Согласно официальным данным доля современного вооружения и военной техники в ВМФ составляла к 2002 году всего от 10% до 20%1. Объемы ассигнований по государственному оборонному заказу на закупки ВВТ для ВМФ в 2001 году составили всего 10% от потребности, а на ремонт ВВТ - 10,9%. В результате в ремонте к началу прошлого года нуждалось 90% корабельного состава2. Хотя в 2002 году объем финансирования закупок для ВМФ был увеличен на 80% по сравнению с предыдущим годом3, совершенно ясно, что такое увеличение в, принципе, неспособно переломить негативные тенденции.

Доктринальные основы развития ВМФ

Основными документами, характеризующими взгляды нынешнего российского военно-политического руководства на состояние и развитие ВМФ страны, являются утвержденные указом президента РФ от 4 марта 2000 года "Основы политики Российской Федерации в области военно-морской деятельности до 2010 года" и принятая 27 июля 2001 года "Морская доктрина Российской Федерации до 2020 года". Не вдаваясь в детальное рассмотрение этих документов, выделим те положения, которые определяют роль и задачи ВМФ России на современном этапе.

Согласно "Основам политики Российской Федерации в области военно-морской деятельности до 2010 года" - основными задачами Военно-морского флота являются:

* "сдерживание от применения военной силы или угрозы ее применения в отношении Российской Федерации и ее союзников с морских и океанских направлений, в том числе участие в стратегическом ядерном сдерживании;

* защита интересов Российской Федерации в Мировом океане военными методами;

* поддержание военно-морского потенциала Российской Федерации в готовности к применению по предназначению;

* контроль деятельности военно-морских сил иностранных государств и военно-политических блоков в прилегающих к территории страны морях, а также в других районах Мирового океана, имеющих важное значение для безопасности Российской Федерации;

* выявление, предупреждение и предотвращение военных угроз, отражение агрессии против Российской Федерации и ее союзников с морских и океанских направлений, участие в действиях по предотвращению и локализации вооруженных конфликтов на ранних стадиях их развития;

* своевременное наращивание сил и средств в районах Мирового океана, откуда может исходить угроза интересам безопасности Российской Федерации;

* обеспечение защиты государственной границы Российской Федерации в подводной среде;

* оборудование акватории Мирового океана и прибрежной зоны Российской Федерации как возможной сферы военных действий;

* создание и поддержание условий для безопасности экономической и других видов деятельности Российской Федерации в ее территориальном море, исключительной экономической зоне, на континентальном шельфе, а также в удаленных районах Мирового океана;

* обеспечение военно-морского присутствия Российской Федерации в Мировом океане, демонстрация флага и военной силы Российского государства, участие в осуществляемых мировым сообществом военных, миротворческих и гуманитарных акциях, отвечающих интересам Российской Федерации"4.

Приведенные формулировки, размытые и нечеткие, по существу, не определяют конкретных задач ВМФ ни в одной из перечисленных сфер и ни на одном из театров. Фактически указанные доктринальные положения не дают прикладных вводных ни для строительства флота, ни для его боевого применения. Примечательно, что полностью отсутствуют даже намеки на определение вероятных противников ВМФ. Таким образом, определение даже фундаментальных вопросов морской стратегии, по существу, подменено общими декларациями и передано на усмотрение исполнительных инстанций, которые вольны трактовать их так, как им заблагорассудится в меру своего понимания. На практике во многих случаях, как мы увидим, это ведет к явной дезориентации военно-морского строительства и отсутствию четкой направленности во многих его элементах.

Непосредственным практическим воплощением взглядов нынешнего руководства ВМФ России на состояние и конкретные пути строительства флота является принятый в конце 2000 года План строительства и развития Военно-морского флота на 2001-2005 годы. По существу, данный документ является в значительной степени планом свертывания состава бывшего могучего советского флота и сокращения объема выполняемых задач. Прямо декларируется, что План нацелен на "перераспределение большинства стоящих перед ВМФ задач в ближнюю морскую зону", при этом, правда, "должна сохраниться способность флота решать задачи мирного времени в дальней морской и океанской зонах"5. Характеризуя существо Плана, Главнокомандующий ВМФ Владимир Куроедов заявлял: "Говорить о революционном прогрессе применительно к сегодняшним процессам строительства ВМФ, к сожалению, не приходится. Но именно плановый эволюционный регресс позволит нам избежать в будущем регресса революционного и перейти к прогрессу"6. Столь экстравагантная и не имеющая доселе прецедента в истории военно-морского строительства постановка вопроса - "развитие через регресс" - накладывает печать глубокой противоречивости на все практические мероприятия, предпринимаемые в ходе реализации данного Плана.

Сам Куроедов характеризовал облик Российского ВМФ на перспективу до 2016 года таким образом:

* "ракетно-ядерный, способный выполнять весь объем задач мирного времени в пределах всех зон применения (океанская дальняя и ближняя морская);

* способный выполнять задачи военного времени в пределах ближней морской зоны на минимально достаточном уровне;

* имеющий в своем составе морские стратегические ядерные силы (МСЯС) и морские силы обычного назачения (МСОН);

* сбалансированный применительно к родам сил (войск), видам и системам обеспечения.

Основными направлениями строительства и развития МСЯС будут являться последовательный ввод в боевой состав ВМФ РПЛСН четвертого поколения, вооруженных новым ракетным комплексом стратегического назначения. С учетом максимального напряжения сил и концентрации усилий всех сил флота, МСЯС смогут при необходимости выполнить возложенные на них задачи в полном объеме. Уровень решения поставленных задач оценивается как "гарантированный".

Основные направления строительства и развития МСОН заключаются в следующем.

Первое. Исключение из состава ВМФ кораблей, катеров и подводных лодок резерва, ремонт которых экономически нецелесообразен, а дальнейшее содержание в составе сил резерва приводит к неоправданным затратам финансовых средств. К сожалению, мы вынуждены констатировать, что по этим критериям боевой корабельный состав ВМФ будет в ближайшее время уменьшен еще на одну пятую часть…

Второе. Поддержание состава кораблей, катеров и подводных лодок в постоянной готовности и в строю на минимально допустимом уровне, обеспечивающем выполнение объема поставленных задач. Иначе говоря, мы должны сохранить наши "живые" корабли и на их потенциале продержаться до лучших времен.

Третье. Повышение боевых возможностей Морских сил общего назначения путем глубокой и частичной модернизации основных видов вооружения и военной техники. Это направление перекликается со вторым. Основа флота на ближайшие 10 лет - сегодняшние корабли, вооружение и техника. Их нужно сохранить и сделать их отвечающими требованиям нового века. Для этого мы планируем завершить приоритетные научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, ориентируясь в основном на исторически сильные для России направления.

Четвертое. Строительство подводных лодок и надводных кораблей с учетом минимально достаточного состава группировок сил по зонам действий. Ввиду невозможности адекватного восполнения убыли корабельного состава и в связи с требованиями времени нам придется изменить направления в военном кораблестроении и пересмотреть классификацию корабельного состава в связи с переходом к строительству действительно многоцелевых кораблей. Создание их придется осуществлять поэтапно, с малыми затратами. С применением новейших технологий будут созданы новые многоцелевые атомная и дизельная подводные лодки, многоцелевые надводные корабли и катера.

В целом корабельный состав будет ориентирован на возможность нанесения "критических (неприемлемых) потерь" любому агрессору и его союзникам - как в море, так и на берегу - на значительном удалении от границ России"7.

Чтобы оценить адекватность этих планов реальности, подробнее рассмотрим нынешнее состояние и возможные перспективы развития основных классов кораблей ВМФ России.

Морские стратегические ядерные силы

Сохранение и развитие МСЯС России объявлено приоритетом в развитии ВМФ. В значительной степени это обусловлено договором СНВ-2, согласно которому подлежат ликвидации все наземные МБР с РГЧ и сохранение этого типа ракет возможно только на ПЛАРБ. Кроме того, сказалась и активная пропагандистская кампания руководства ВМФ, которое, испытывая явные затруднения в подборе аргументации для доказательства необходимости развития сил обычного назначения ВМФ, похоже, пытается выбить средства на флот, подчеркивая ключевую роль МСЯС в будущем стратегическом потенциале РФ.

Следует особо отметить, что исторически строительство МСЯС СССР велось откровенно в подражание американским действиям, без какого-либо учета того обстоятельства, что в условиях фактического господства на море ВМС США и НАТО в корне подрывалось главное преимущество МСЯС - скрытность и высокая боевая устойчивость по сравнению с обеими другими компонентами "стратегической триады". Кроме того, построив в 1,5 раза больше ПЛАРБ, чем США, ВМФ СССР оказался не в состоянии поддерживать высокий коэффициент оперативного напряжения своих лодок, что еще более снижало общую боевую устойчивость советских МСЯС и делало их относительно малоэффективными (с учетом произведенных затрат) относительно МБР наземного базирования РВСН. При полуторократном превосходстве по числу БРПЛ в составе МСЯС по сравнению с США ВМФ СССР по числу БРПЛ, постоянно развернутых на боевой службе, уступал американцам в 3,5 раза8.

В условиях постсоветского развала эти недостатки еще более обострились. Фактически ВМФ РФ со второй половины 90-х годов с большим трудом держал на постоянной боевой службе в море не более двух ПЛАРБ, (в сумме от 96 до максимум 248 боевых блоков9 – т. е. столько же, сколько Англия или Франция, имеющие в составе своих ВМС только по четыре таких лодки! Таким образом, следует отметить, что реальный вклад ВМФ РФ в ядерное сдерживание невелик относительно РВСН РФ при относительно высоком уровне расходов.

После подписания в 1991 году договора СНВ-1 командование ВМФ планировало в рамках мер по его реализации сократить общее количество ПЛАРБ до 24 (шесть пр. 941, семь пр. 667БДРМ, 11 пр. 667БДР)10. Однако последующие политические и экономические потрясения, а также достижение новых договоренностей с американцами привели к серьезным изменениям этих планов. Вывод ПЛАРБ из состава российского флота велся не только в соответствии с международными обязательствами, но и по "факту" технического состояния лодок из-за резкого сокращения средств на их содержание и ремонт. К настоящему времени все лодки пр. 658, 701, 667А/АУ и 667БД выведены из состава флота, а последняя ПЛАРБ пр. 667Б Тихоокеанского флота подлежит списанию в этом году11.

На протяжении всех 90-х годов и по настоящее время самым многочисленным типом ПЛАРБ, реально ходящих на боевую службу, остаются лодки пр. 667БДР ("Кальмар"). Это объясняется главным образом тем, что лодки этого типа, построенные с 1976 по 1981 год, успели пройти плановые средние ремонты во второй половине 80-х - начале 90-х годов12, т. е. до обвального сокращения финансирования. К настоящему времени в ВМФ остается 11 таких лодок из 14 построенных. Вместе с тем истечение очередных межремонтных сроков наряду с истечением ресурса ракет Р-29Р и их модификаций, судя по всему, приведет в ближайшее время к массовому выводу лодок пр. 667БДР из состава флота. Уже сейчас на СФ полноценно боеспособными лодками являются, видимо, только "Рязань" и "Борисоглебск", а на ТОФ - "Петропавловск-Камчатский", "Подольск", "Святой Георгий Победоносец" и "Зеленоград"13. Одна лодка этого типа с 1994 года находится на МП "Звездочка" на переоборудовании в лодку обеспечения действий сил специального назначения по пр. 0978614.

Основные усилия командования ВМФ, насколько можно судить, сейчас прилагаются к поддержанию в боеготовом состоянии более современных ПЛАРБ пр. 667БДРМ ("Дельфин") постройки 80-х годов. Благодаря целенаправленному финансированию в последние годы был проведен средний ремонт на "Звездочке" двух первых лодок этого типа "Верхотурье" (передана флоту после ремонта в декабре 1999 года15) и "Екатеринбург" (в начале 2003 года16) и июле 2002 года поставлена в ремонт и модернизацию ПЛАРБ "Брянск"17. В то же время из-за отсутствия средств заморожен ремонт находящейся там же в ремонте лодки "Тула"18. Таким образом, в боевом составе ВМФ в настоящее время реально находится не более четырех ПЛАРБ этого проекта (кроме "Верхотурья" и "Екатеринбурга" также "Карелия" и "Новомосковск"). С целью сохранения боевого потенциала ПЛАРБ пр. 667БДРМ их предполагается вооружить новой модификацией БРПЛ Р-29РМ - Р-29РМУ "Синева", производство которых было решено возобновить на Красноярском машиностроительном заводе с 2000 года19. БРПЛ "Синева" оснащается 10 РГЧ и системой управления, созданной для БРПЛ "Барк"20. Однако эта программа также сталкивается с недостатком финансирования. Можно ожидать, что лодки пр. 667БДРМ останутся основой МСЯС России примерно до 2015-2020 годов.

Наиболее крупными и мощными ПЛАРБ отечественного флота остаются "тяжелые крейсера" пр. 941 ("Тайфун"). Однако судьба этих кораблей складывается неблагополучно в силу как дороговизны их эксплуатации и ремонта, так и проблем с их главным ракетным комплексом. Твердотопливные ракеты Р-39 имеют небольшие сроки хранения21, а их производство было завязано на украинский "Южмаш", который изготавливал первые ступени этих ракет22. Для их замены в ГРЦ "КБ им. Макеева" разрабатывался ракетный комплекс "Барк". Однако в 1998 году работы над "Барком" были по доселе не вполне понятным причинам прекращены после трех неудачных пусков23. В результате головная лодка пр. 941 "Дмитрий Донской", с 1991 года проходившая средний ремонт и модернизацию на Севмашпредприятии (СМП) по пр. 941У, предполагавшему оснащение комплексом "Барк", была в конце 2002 года передана для послеремонтных испытаний без основного вооружения24. По некоторым данным, лодку планируется в дальнейшем использовать для морских испытаний разрабатываемого в настоящее время МИТ ракетного комплекса "Булава-30"25. Впрочем, даже официально ввод "Дмитрия Донского" в состав ВМФ ожидается только в 2005 году26.

Отсутствие замены для ракетного комплекса при истечении гарантийного ресурса последних ракет Р-39 в 2003 году27 делает перспективы остальных пяти лодок пр. 941 крайне неопределенными. Реально сейчас в строю находятся, насколько можно судить, только две последние ПЛАРБ этого проекта - "Архангельск" и "Северсталь", у которых уже давно вышли межремонтные сроки, хотя и заявлялось о возможности продления ресурса для их эксплуатации до 2005-2007 годов28. Лодки "Симбирск" и ТК-13 уже давно выведены в резерв и, видимо, будут утилизированы29. Стоит заметить, что еще в 1998 году планы американской программы "Совместное прекращение угрозы" (CTR) предусматривали финансирование утилизации именно пяти ПЛАРБ типа "Тайфун"30.

Ключевой программой совершенствования МСЯС России считается строительство новых ПЛАРБ четвертого поколения пр. 955 ("Борей"), разработанных ЦКБ "Рубин". Головной корабль нового проекта "Юрий Долгорукий" был с большой помпой заложен на СМП 2 ноября 1996 года31. Реально техническая готовность его до сих пор весьма невелика (на конец 2003 года намечается только завершение корпусных работ)32, а скудное финансирование делает перспективы завершения строительства даже головного корабля в обозримом будущем достаточно сомнительными. Сроки сдачи корабля многократно переносились, и последний объявленный - 2007 год33 - является столь же маловероятным, как предыдущие. Ситуация усугубляется чехардой с главным вооружением лодки. Изначально ПЛАРБ пр. 955 должна была вооружаться БРПЛ "Барк"34, но, как уже говорилось, работы по этому комплексу были прекращены, а взамен него МИТ начал разработку новой твердотопливной БРПЛ "Булава-30", которой и должны были быть вооружены новые ПЛАРБ35. Это повлекло за собой значительную переработку проекта уже строящегося корабля. Тем не менее в 2002 году работы на "Юрии Долгоруком" были несколько активизированы, а на СМП были даже подготовлены заделы для корпусов еще двух лодок этого проекта36. Заявлено о планах начала серийного строительства ПЛАРБ пр. 955 после 2005 года37.
Tags: quo vadis
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments