u_96 (u_96) wrote,
u_96
u_96

Categories:
  • Mood:

Адмиральскими устами...



Напоминаю - глаз у меня маленький, но оч-чень злопамятный ...

Когда я был старпомом на эсминце, то я, в целях профилактики, специально матросов мегаомметром замерял до и после увольнения на берег, на предмет пьянства. Меня за это чуть с должности не сняли - заместитель "настучал", но я ему достойно отомстил.

Я, как собака в звании контр-адмирала, ношусь за офицерами и мичманами дивизии ракетных кораблей по территории эскадры, а патруль прибывает только через 35 минут после моего приказания.

Мне все интересно, и вообще...

Если матрос бездумно радуется жизни, то я настораживаюсь до тех пор, пока улыбка медленно не сползет с его лица.

Вы учтите, я не с пальмы слез, я тоже был старпомом.

Танки клопов не давят, я даже не буду с вами разговаривать, товарищ капитан 3-го ранга.

Мне, конечно, приятно открывать вам глаза на мир, рассказывать о чем-то новом и увлекательном, будоража при этом ваш пытливый флотский ум, но я - не заезжий лектор общества "Знания", я - заметный представитель великой инквизиции и могу сделать больно сразу всем.

Я - начальник штаба эскадры, контр-адмирал, и то иногда вынужден думать (с обидой).

Иногда у меня возникают справедливые вопросы, но не потому, что я кого-то хочу мордой в дерьмо потыкать, просто мне интересно.

Я пока не кусаюсь и ядом не травлю, я - пока добрый, но все это - впереди, слово офицера.

А вы не зазнавайтесь, товарищ капитан 2-го ранга, это я - вас, а не вы - меня.

У меня на каждого флагманского специалиста свой пунктик есть.

Нет уж, давайте разберемся до конца, что это - мой природный долбо...зм или ваша дремучая неисполнительность?

А после утреннего ориентирования я хочу видеть только тех флагманских специалистов, кого я хочу...

Не забывайтесь, если я туда направлюсь, то это будет поездка по вашим телам на танке с мелкими гусеницами, чтобы было больнее.

Я уже имел честь довести до вас неутешительные итоги за август, но это не значит, что я незатейливо пошутил.

Я долго и упорно добирался до штаба бригады эсминцев, но им крупно повезло в этой бренной жизни - они успели самоликвидироваться.

Когда я был старпомом, то по понедельникам, я лично, в течении 45 минут, во время проведения строевых занятий, тренировал командиров вахтенных постов по принципу: "Бежит незнакомый мужик с копьем - ваши действия?"


Начальник штаба флота вчера ругал меня резкими словами с привлечением ненормативной лексики, вызвавшей в моей душе чувство внутреннего протеста и обиды.

Вы там не хихикайте, я окончательно еще из госпиталя не выписался, мне еще будут швы снимать, поэтому я пока не дерусь и не кусаюсь.

Странное дело, я на службе уже десять дней, а мне никто ничего не докладывает.

В ваши годы, товарищ капитан 3-го ранга, я страдал только венерическими заболеваниями, а вы только через день на службу ходите, ссыпаясь на недомогание.

Все - все, замолкаю, а то вы меня сейчас обзовете Генкой - сукой, на палубу упадете и тоненькими ножками в неуставных штиблетах судорожно засучите.

А я давно заметил, что наш эскадренный правовик по возвращению из отпуска так и норовит то винцом "Припять лучистая" меня попотчевать, то чернобыльскими яблочками угостить. Видно желает, чтобы мой главный орган засветился и упал навсегда.

Всем пора запомнить, что организация добрых услуг и профилактика изнасилований путем уговаривания "по согласию" не входит в перечень моих служебно-должностных обязанностей как командира оперативной эскадры.

Мне что, теперь уписаться от бурной радости, что вам вчера звонили?

И вот, нежно взяв меня у трапа под белы рученьки и бодро цокая копытцами, вы с гордостью должны вести меня по своим заведованиям после устранения моих замечаний.

Раз сказали - нормально, два сказали - цыкнули, три - трахнули по черепу, четыре - сразу в морду. Вот вам и вся методология воспитательной работы, а вы мне пытаетесь лапшу с солитерами на уши навешать.

Если мои приказания на эсминце "Безудержный" игнорируются, то вам вообще должны были сразу в лоб заехать и карманы вывернуть, товарищ начальник штаба дивизии.

Почему вы думаете, что сможете безмятежно спать под шапкой безответственности, а я буду вместо вас напряженно подпрыгивать?

Я говорю - говорю, а от вас как от стенки горох отскакивает, но мысль свою продолжаю. Хотя подождите - сейчас я чем-нибудь вас ошарашу.

Возвращаться из отпуска - увлекательно интересно, сразу в глаза бросаются вещи непонятные, невозможные и несовместимые с военной службой на море. А в голове долгое время настойчиво свербит одна и та же мысль: "Почему мы до сих пор не сгорели и не утонули", но через пару дней поневоле к безобразиям привыкаешь, хотя и дергаешься некоторое время во сне.

Я часто мечтаю о таком замечательном дне, когда смогу сказать: "Товарищи шланги, не извольте беспокоиться, собирайте свои манатки и ищите новое место с меньшим объемом работы.

А когда с корабля волокут неподъемную мясную тушу для того, чтобы ее пропить за наше здоровье, то обязательно скажут магические слова - "Для командира эскадры", и, что интересно - ведь им верят, а почему?

Прихожу на большой десантный корабль " Кандопога ", внимательно открываю один глаз - настораживаюсь (чую - в воздухе пахнет криминалом), аккуратно открываю другой глаз, старательно всматриваюсь - а там сокрытие. Естественно - очень возмущаюсь.

Что это за стиль работы - вы набираете воздух в рот целую неделю, потом еще два часа пыжитесь что бы что-то сказать, а получив по ушам от меня за 5 секунд, замолкаете снова на неделю.

Прошлый раз, в штабе флота, я получал по физиономии один - мне было больно, скучно и противно. В следующий раз возьму с собой комдива и комбрига - будем друг другу кровавые нюни утирать.

А товарищ Виронов, которого вы, командир дивизии, представили к ордену, сейчас жарится на морском пляже под лучами ласкового сентябрьского солнца, запивая терпким молодым вином сочные шашлыки, бегает тайком от строгой жены по молодым, распутным девкам. А меня вместо него Командующий Флотом пялит и пялит, это - нечестно, не по товарищески, готовьте приказ о наказании.

Я точно не уверен, но из нас троих - один дурачок, это - точно.

А старпом тяжелого ракетного крейсера "Адмирал Ушаков" обнаглел до такой степени, что мерзкий рапорт написал на имя командующего Северным Флотом с просьбой оградить его от моих нападок и оскорблений. Такое не забывается никогда - я все сделаю, но этот рапорт постараюсь ему даже в гроб положить.

Я категорически запрещаю, товарищи офицеры, лезть ко мне со всяким ерундовыми вопросами в то время, когда я работаю с документами, а тем паче - звонить мне по телефону. У меня и без того, "Такая дребедень целый день, То тюлень позвонит, то - олень".

Когда ко мне приходит командир МПК, дивизион которых я могу со своего адмиральского мостика одним махом обоссать (а то и всю бригаду), и начинает меня учить как правильно по связи работать, а потом еще и наглую телеграмму шлет по флоту - то становиться понятно, что наш флот незаметно добрался до последней черты (МПК - малый противолодочный корабль). (с)


Продолжение следует...
Tags: Александр Толстик, морские хиханьки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →