Current mood:

confused

И о миротворчестве.


"В первые минуты думаешь что стреляют обязательно в тебя, и ищешь цель что бы залепить очередью в ответ, но за пару дней привыкаешь. Стрельба в иракских городах – национальное развлечение. Оружие в каждом доме. Арабы стреляют по поводу и без него. Ишак родился - стреляют, трахнул девушку - стреляют, если любимая команда забила гол в футбольном матче – то все небо в трассерах". Это пишет побывавший в Ираке украинец.



А это - миротворчество глазами американца:
"...Во взорванном вездеходе начали рваться пулемётные патроны. Солдаты из-под днища грузовика стали беспорядочно стрелять во все стороны. Откуда-то прилетели «Блэк хоки» и выгрузили подкрепление из 82-ой воздушно-десантной дивизии. Кто-то разглядел подозрительное движение в окнах трёхэтажного офисного здания, что располагается как раз напротив горящего «Хамви». Десант направляется туда. По асфальту Каррады из здания зацокали редкие пули, которые, как горячие лезвия, прорезают ровные линии в воздухе. Некоторые выстрелы звучат как громкие хлопки. «Это Калашников. Я знаю его звук», - говорит Ахмет, наш друг и переводчик. В его голосе отчётливо слышны нотки гордости за свой народ – его земляки дают отпор, и не важно, что сейчас мы оказались под их огнём среди массы американских солдат. Перестрелка продолжается около двух часов, медленно и методично. Во многих отношениях это и есть вся война, как она есть, - запутывающая и требующая упорного труда. Огневая мощь американских солдат подавляюща, она значительно больше того, что можно использовать в стеснённых условиях улицы, где чаще всего Джи Ай даже точно не знают, где их враги и кто они. Штатские прячутся за каждым углом. На первом этаже здания, по которому ведётся обстрел, много торговцев и покупателей и если обрушить на дом всё, чем располагают американские солдаты, то неизбежны большие жертвы среди гражданского населения. Хаджи это понимают и стремятся прикрываться своими мирными соотечественниками.

Возвращаемся к месту взрыва. Два солдата по-прежнему лежат на асфальте. Оба не двигаются, из-под одного быстро растекается маслянистая лужа крови. Рядом с пострадавшими суетятся десантники-санитары. Когда прилетел вертолёт скорой помощи, его пилоты попали в тупик. Над всей улицей рваной паутиной свисают десятки разорванных электрических проводов, мешающие посадке. Вдобавок, с чердака офисного здания хаджи начали стрелять по «Блэк хоку». Вертолёт не стал рисковать и улетел. Солдаты вокруг нас не перестают стрелять. Они выглядят серьёзно и устало. Тем временем двух пострадавших от СВУ на носилках помещают в уцелевший вездеход и, наконец-то, эвакуируют. О дальнейшей их судьбе нам так ничего и не сказали.

Конец перестрелки наступает вместе с появлением пары машин «Брэдли», которые начинают стрелять по окнам дома, где засели хавджи, из автоматических пушек. Через пять минут стрельба стихает. Кто бы ни стрелял сверху по нам, сейчас все они либо мертвы, либо уже скрылись. И теперь вся улица засыпана перевёрнутыми кондиционерами, вентиляторами и холодильниками. Из повреждённого выстрелами холодильника с газированной водой стекает на асфальт кока-кола. Чуть подальше него лежат двое убитых местных жителей, попавших под перекрёстный огонь. Загорелый Джи Ай высунулся из люка «Брэдли» и крикнул одному из журналистов: «Эй, принеси, пожалуйста, баночку коки!»

Сравнение первой точки зрения со второй наводит на массу размышлений...